Стихотворный отзыв - Греция - Сентябрь 2024 года:

От приключений голова кружится;

Душа зовёт ещё куплет пропеть…

Но нужно вовремя остановиться

И по-английски тихо улететь.

Эх, попадём сюда ль, ещё когда-то?

Ну, разве что посмотрим по Ютюб.

Но много в мире мест, друзья-ребята -

Пусть повезёт туда нас Goldman Клуб!!!

 

ГРЕЧЕСКАЯ КАША С ГОЛОВОЙ или от ЗЕВСА до ОНАССИСА (которые потрясли мой мир)

Уж долгожданный отпуск наступает;

Пора-пора рабочим дням знать честь —

Вот самолёт взревел и улетает

Туда, где, говорят, почти всё есть.

Чего там только нет? Уж верно, скуки,

И летом, точно, не найти там снег;

Ну, может, боги где-то бяки-буки —

Эй, самолёт, ускорь воздушный бег!

Греческая каша с головой

На суше

День 1

Уж Греция нас ждёт под облаками,

Заходим на посадку, в добрый час.

Сейчас бы сладкими забыться снами…

Так сразу на экскурсию? Я пас!

Как много старых слов мы слышим снова:

Акрополь, Зевс, Гефест, Олимп, Атлет…

Вновь прочитать бы мифы, не готов я —

Увы, знакомых мне историй нет.

На смену караула добежали,

Там воины с помпонами в ногах

(Нам на кирзе таких не выдавали —

Хоть с ними не ударишься впотьмах)

А на холмы забраться нету силы,

Ползёшь сквозь мрамор лестниц дорогих.

Дешевле эскалаторы — хватило б,

Да было б больше времени на стих.

Ну, наконец отель, как много планов:

Пойти на море, в магазин поход,

Затем в кафе, ещё ведь очень рано…

Подушка отменяет планов ход.

День 2

Ах, Греция! В тебе так много граний,

И боги здесь мудры, что тот Аллах.

В радоновой воде мальки пираний —

Они начистят тело, просто швах!

Наплавались, в автобус все забрались,

Как водится, нас надо посчитать —

Никто не утонул, не потерялись,

Знать можно день чудесный продолжать.

Наверх пришлось потопать нам немало —

До крайней точки мыса Сунион;

И тут есть храм, но очень обветшалый,

Без крыши, только множество колон.

Там на пилястре «Байрон» (был, похоже).

Жаль, гвóздик не принёс с собой, как он;

Вмиг нацарапал бы я надпись тоже:

«Здесь Игорь был и друг мой, Посейдон.»

Под ночь Сиртаки — это было что-то!

Разбив тарелку, вышел танцевать

В костюме греческом; исходишь потом,

Быстрее, всё быстрее — так держать…

День 3

Канал построен меж двумя морями

Сто метров вниз, чуть более в длину.

Смотреть вниз страшно (строго между нами);

Чур, вспоминать об этом мне ко сну.

С женой тут можно банджи прыгнуть вместе,

Недолго покричать на посошок.

Но, к сожалению, есть лимит веса…

Я вешу больше — это хорошо.

Тантал, и аргонавты, и данайцы —

Традиций «добрых» им не перечесть.

Сейчас так «новый русский» крутит пальцы;

И это древним вовсе и не лесть:

Заветы ветхие еврейской Мекки

Тут нарушали, только по уму.

Неплохо с гибрисом сошлись те греки.

Но почему они? Я не пойму.

Вот говорят, мир древних мифов странен —

Всемерно процветал матриархат.

Не удивили уж никак гречане,

И в наших семьях так же, в аккурат.

Как плохо было нам внизу в музее —

Ведь всё до нас украдено давно.

И рядом голова на львиной шее,

А вот мне интересно, что оно?

Ну, а теперь, друзья, пойдём лечиться!

И даже, кто не болен — мы найдём.

В театр все! Там звук к Богам струится;

И хоть нельзя, но хочется — споём.

День 4

Ну вот опять, у сонных грёз потери!

Активный отпуск, Зевс его б побрал.

Жаль я не грек, тогда бы с «калимеры»

Я каждый день с улыбкой начинал.

Бесплатный завтрак по утру в отеле

Вмиг разлетается, тут не зевай —

Всё хламом в рот закидываешь смело;

Жуй побыстрей да кофе запивай.

Вот спрашивают о Наполеоне,

Кто это — Бог, Герой иль ниже сорт:

Там — люди, звери, человеко-кони?

Я точно знаю — это мамин торт.

Вперёд на Дельфы, в гости к Аполлону.

Коль хочешь быть любимцем женщин ты,

К нему по горам добежишь сквозь стоны —

И станешь тем же богом красоты.

Весь в поисках прекрасной девы-музы…

Все шутки в сторону — пред мной Парнас!

Но он даёт мне в рифму только «лужи»;

Для лучших виршей Интернет сейчас.

А может быть, не тех я воспеваю,

И взять мне надо на Богов заказ?

Но не поэт и лишь в стихах ваяю,

Что чувствую, всегда как в первый раз.

В музее помню имя Полизалос,

Украли сбрую да и всех коней.

(Их поменяли, видимо, на сало —

Метаксу закусить всего вкусней.)

Живой водой слегка омолодились,

И женщины вновь в собственном соку.

Ужели греки с той воды резвились?

Не знаю, я бы дал по коньячку.

А горные дороги в серпантинах;

Одни стремятся вверх, другие — вниз.

Под мерный шум мотора путь сей длинный…

Короче не становится, сюрприз!

Ура! Мы в Метеорах. День не вечен —

Приятный вечер, точно отосплюсь…

День 5

Пора вставать, а сон был так беспечен!

Куда-куда всё время тороплюсь?

Идём туда, где горные вершины

Блестят от бликов солнечных лучей;

Застывших капель в облачной перине,

Пролившихся божественных дождей.

Вверх в скит мужской, он всем ветрам открытый,

Творение ужасной высоты:

Вдруг упадёшь — а гроб такой закрытый,

Что забоюсь по-детски темноты!

Оттуда к богам чуть поближе мостик,

Забрался, вдруг каюк — ну, и вперёд.

Увы мне, я, к прискорбию, агностик

И очень точно знаю, что нас ждёт.

А в женский монастырь идти полегче;

Там проживают сёстры во Христе.

Владеть бы им терпением покрепче —

Ведь мы их дожимаем в тесноте.

Оно понятно, так живут в Европе,

Здесь тесно всем, нигде просторов нет.

Когда приспичит, сядешь, в общем, попой —

То ноги выставляй за туалет.

Обратный путь, вновь нас Парнас встречает,

Закрыл глаза и вдохновений жду;

Вмиг чувство ритма с рифмой… улетают!

Что ж, не любим здесь на свою беду.

Но вдруг с горы мне мысль прилетает,

Что надо свой Парнас в душе создать,

Все нужные слова там оживают;

Их просто нужно, не спугнувши, взять.

День 6

Опять же утро. Что за отпуск, право?!

Когда ж себя любимого жалеть?

И вновь лишь боги заберут всю славу…

Я так могу обратно захотеть.

Сегодня наш последний день на суше

Страны, где был богатый древний мир.

Ну, а сейчас — спасите греков души,

Страна же вся изношена до дыр:

Украл ЕС природные богатства,

Промышленность... мне не хватает слов!

Я чувствую, что вскоре святотатство

Случится — отберут туда богов.

Ну, вот и до Коринфа мы дожили.

Здесь пробегал когда-то конь-Пегас;

Взбрыкнул и камни воду вмиг пролили.

Увы, фонтан тот не дождался нас.

Герои изнывали здесь со скуки,

И в Рим собрали сборище голов.

Увидев, что Венере сняли руки,

У них случился заворот мозгов.

Не ведал Аполлон (но мы-то знаем),

В Коринфе синагогу кто создáл:

Саол там был, споём ему «лехаем»!

(А Павлом, то Христос его прозвал.)

Монастыря Патапия эскизы —

Как будто мир на сотни лет застыл.

Я б наслаждался красотой, что снизу,

Но вовремя глаза свои закрыл.

Вот мощи, слёзы иль улыбки скрыли,

Как будто говорят склонив главы:

«Что вы сейчас, то мы когда-то были;

Что мы сейчас, то будете и вы.»

Для сауны сказали: медицину

Не легче, чем для космоса пройти.

Но я прошёл! Ах, Игорёк, с почином;

Оттуда прямо к Марсу полети.

К термальным водам мы теперь стремимся —

Там, говорят, здоровье всем придёт;

И после так на годы сохранимся

(Конечно, кто не курит и не пьёт).

О, как же мне не нравится сиéста!

С обеда три часа и всё — пора.

Я б завтрак посчитал начальным местом

И продолжал до завтра (до утра).

На море

День 7

Ещё на суше. Море предвкушений!

Уходим к уникальным островам,

Прозреем в море ветхих откровений;

Закрепим их вечерними 100 грамм.

Завидую я тем, кто жил там раньше:

Счастливей были даже те рабы.

Тут жизнь всё чудоватее и страньше —

Непостижимы тáинства судьбы.

Война повсюду, даже в наших душах —

Убить ведь, как воды испить, сейчас.

И мысль не покидает, сердце сушит:

А будет дальше что-то, после нас?

Народу море, жаждущих на море!

В мир мифов эта очередь идёт.

В каюты все и пристегнуться, вскоре

Мы за руном отправимся в полёт.

Нас на спасение тренировали:

В жилетах надо было постоять;

Толпа и крики: «Вас тут не стояло!…»

Всё, развлекаться можно всем бежать.

Сначала в казино для интереса,

Там в подкидного обыграть крупье.

Затем в столовку, не терять чтоб в весе,

А на десерт взять пиво с оливье.

Потом по интересам разделиться:

Кому-то в джим (туда я не пойду);

Кому-то от вина вином лечиться.

А я по храпу конкурс проведу.

Наш друг, Эол, кораблик подгоняет,

И Мúконос торопится встречать;

Пиратов остров слухи нагнетает —

Пора листы истории листать.

Пиратов мы б сегодня победили…

В кто больше съест, присев за «шведский» стол.

А улицы, друзья, чтоб вы так жили —

Автобус наш, ну явно б не прошёл.

Легли лишь спать и тут же позвонили:

(Ах, этот мир — коварен и жесток!)

Наш выезд на пораньше вдруг сместили;

Какой кошмар!!! «Спасибо» за звонок.

День 8

Андрею позвонил бы среди ночи,

Перепроверить час побудки чтоб;

Но в три утра проснуться нету мочи —

И вот, не высказал ему всё в лоб.

Башка трещит, увы, не с перепою,

Теперь и на турецком берегу.

Что принесёт нам день (ну, кроме зноя)?

Пора на тур, хоть через «немогу».

На утречко к Эфесу мы пристали;

Наш гид — английский с русским пополам.

И снова в древние полезли дали…

Ах, как же тяжело моим ногам!

Мы в Турции и это очень странно:

Развалины о греках говорят.

И хоть соседние сегодня страны,

Непросто было много лет назад.

Лежат развалины в болоте где-то,

Там Герострат удачно прикурил.

Хотел поджечь восьмое чудо света,

Но слишком рано он на свете жил.

Экскурсия прошла и по базару;

Торги там ставил местный драматург —

Старинные монетки просто даром

(На них же почему-то Ататюрк).

Ещё одна, из кожи, замануха.

И мне судьба сегодня примерять;

Всё подошло, увы, что за непруха —

Вновь кошелёк придётся раздевать.

Я б лучше посидел подольше с ланчем —

На корабле, что надо, включено.

И был бы день мой в долларах удачным,

Да отполировал его б вином.

А где-то рядом, сообщают свитки,

Родился знаменитый Пифагор…

Ещё одна за этот день попытка —

На остров Патмос упадёт наш взор.

Опять в церковно-приходской одежде —

Паломниками в монастырь идём.

Я не был, верю… верующим прежде —

Не окрещусь пока не грянет гром.

И вот, опять наверх, ступни терзая,

Где храм монашкам строил Христадол.

Теперь монахи бога воспевают.

Видать, там не прижился женский пол.

В пещере Иоана Богослова

Ты сразу веришь, тут творил святой;

Принёс нам откровения Христовы.

И хоть не верю, грешен, Боже мой.

Вдруг Исидóр монах как рассердился —

Мы шумом прерываем вечный сон.

Ему затем, прощаясь, поклонился,

Он сдержано ответил на поклон.

Луна под вечер полная взлетела,

Подчёркивая вечности мотив;

Как будто рассказать она хотела,

Что правда в древних притчах, а что миф.

А дальше было шоу, как обычно;

И я канкан бы с ними станцевал.

Не хорошо всё было… а отлично!

Но отчего же я за день устал?

День 9

Ну, наконец-то выспался, ребята!

Корабль давно пристал, вставать пора;

Пустой буфет, где завтракал когда-то…

Постой, ведь это было лишь вчера.

О, Греция! Истории обитель,

И день познаний длится здесь, как год.

Что жизнь? — театр, и я в нём верный зритель;

На сцене Рóдос, что он принесёт?

А Родос — в переводе будет «роза» —

Тут Посейдон какую-то любил.

И той (какой-то, с перепоя, может)

Он этот остров взял и подарил.

Музей запомню рыцарским клозетом.

Готов сто раз там очередь стоять

И представляя рыцаря при этом:

Приспичит вдруг — и быстро всё снимать.

Немного о гербах теперь мы знаем,

Их рыцари придумали к щитам.

Уже по древнегречески читаем,

Зачем? Наверное, назло врагам.

Тут рядом остров Сог и нам сказали,

Что Гипократ лечил там всё и всех.

Не знаю, чем болезных врачевали —

Я б прописал улыбку, лучше смех.

Ох, возраст! Трудно каждый день учиться,

Одновременно бегать по горам.

Мне после отпуска чтоб не лечиться…

Ещё один денёк — и по домам!

Сейчас бы на корабль и сесть там в кресло,

Взять пиво и немножко закусить;

В бассейн жарой измученные чресла

Со стоном наслажденья опустить.

Но мы опять по камушкам гуляем,

Чтоб каждый магазинчик посетить.

Что мы хотим купить, пока не знаем —

Но просто очень хочется купить.

Урок историй для «ксантип» замужних:

Сократ сказал: «Жена, не торопись;

Вещей есть много в мире очень нужных

Другим, но я могу и обойтись.»

Сегодня вечер встречи с капитаном.

Надеюсь, просто от него привет;

Но вдруг на дрилл нас завлекли обманом,

А я забыл спасательный жилет.

Что ж, он сказал приветственных два слова,

Представил всех в похожих кителях.

А дальше — шоу завлекло нас снова,

О древних, но таких живых богах.

Ну, что же боги — это те же люди

На олимпийском (верхнем) этаже;

Всё то же снизу, да и те же груди,

Когда их видим в чистом неглиже.

Час пролетел так просто, как мгновенье,

Нет сцены — боги на своей горе.

Меня ж снедают смутные сомненья —

Богов я этих видел в кабаре.

День 10

Последний эпизод уж наступает,

Ещё раз встать об утренней поре.

Немного грустно, что же, так бывает

В отдельно взятом знойном сентябре.

Измученные отдыхом спортсмены;

Ещё рывок — эй! Кто это отстал?!

Нет никому спасительной замены,

Надежда только, если ты проспал.

Не думай, спрятался и всё в ажуре —

Роман на перекличке всех найдёт.

У микрофона Лáура дежурит:

А ну, УРА! И веселей — вперёд!

Сдадим сегодня греческий экзамен,

Кто на пятёрку, кто и тройке рад.

Андрей не зря возился столько с нами

И повторял всё много раз подряд.

Теперь уже, мы это точно знаем,

Никто на маму рук не поднимал.

А Антинóй в меньшинствах почитаем

(Но это не божественный скандал).

На Крите. Все идём в хоромы Кноса,

Там рядом можно кофе заказать.

Хоть мозг устал, но есть ещё вопросы…

Стоп — необъятное нельзя объять.

А во дворце от крыши, только небо —

Раздолье свежим солнечным лучам.

Театр: бóгам зрелищ, людям хлеба;

Таможне деньги, ну и фиги нам.

Поёт павлин, чей голос специфичный

Лишь только Гере услаждает слух.

Мне даже воробья «чирик» привычней,

Вот хвост их мой захватывает дух.

Последний остров — это Санторини.

Хочу пока поесть, потом поспать.

Пусть Афродита мне приснится в мини,

И мы с ней будем в шахматы играть.

Поедем мы наверх фуникулёром;

Но, боже, что за очередь туда!

Пешком? Но это было б перебором —

Я вниз бы не вернулся никогда.

Чуть вышли наверху мы из кабины…

И снова в верх, он здесь неистощим.

Тот, кто дойдёт когда-то до вершины,

Докажет что-то ниже остальным.

Достичь вершин, чтоб выше только небо

И полежать в тумане облаков —

Тотчас заложник зависти и гнева,

Ведь станешь ближе к ордену Богов.

Но я не Бог и отстаю от группы,

Сдаюсь и на корабль уже хочу —

Пойти в буфет, поесть там фрукты с супом…

Во сне потом к вершинам полечу.

Ну вот и всё. Что можно, приключилось;

Уж вещи собраны и подступает грусть.

Жаль, хорошенько выпить не случилось —

Жена бы наругала? Ну и пусть.